Из истории естествознания

Маркин В. А. Первая Международная комплексная экспедиция в Арктике

Краткое содержание

Из истории техники

Семенов Н. М. Всероссийская трамвайная конференция 1922 г.
(из истории отечественного городского транспорта)

Краткое содержание

100 лет со дня рождения И. В. Курчатова

Фотоархив ВИЕТ

Смирнов Ю. Н. И. В. Курчатов и власть

Краткое содержание

Тяпкин А. А. Три встречи с Курчатовым

Общие  проблемы истории науки и техники

Гузевич Д. Ю. Школа как форма деятельности

Краткое содержание

Публикации

Кривоносов Ю. И. О беседе Молотова с академиками в 1934 г.

 

Встречи, беседы, интервью

Интервью с Л. И. Уваровой

 

Воспоминания

Завадовская-Саченко М. М. Мой отец М. М. Завадовский

 

 

Краткое содержание статей

Маркин В. А. Первая Международная комплексная экспедиция в Арктике

В августе 1901 г. завершилась трехлетняя Шведско-российская экспедиция по измерению градуса меридиана на архипелаге Шпицберген, Организованная Академиями наук Швеции и России на государственные средства этих стран-Продолжила на север «дугу Струве», измеренную в 1821-52 гг. русскими геодезистами от устья Дуная до норвежского г. Хаммерфеста.

Проект экспедиции, представленный в Шведскую Академию наук, содержавший пожелание из-за его высокой стоимости участия в предприятии других стран, поддержал директор Пулковской обсерватории О.А. Баклунд. Созданный в Стокгольме комитет обратился к президенту Петербургской Академии наук с предложением о совместной экспедиции. По предложению руководителя российской части экспедиции академика Ф.Н. Чернышева в ее программу включены, помимо геодезических измерений, магнитные, геофизические, геологические и метеорологические исследования. Экспедиция стала комплексной.

В построенном на берегу бухты Гоес поселке Константиновском зимовало 19 человек, выполнявших регулярные метеорологические и магнитологические наблюдения. Поселок стал базой и для работ астрономо-геодезических отрядов, маршруты которых пересекли весь остров Западный Шпицберген. Среди них особенно выделился отряд А. С. Васильева, выполнивший основную работу в покрытой ледниками центральной части острова, где соединились триангуляционные сети, построенные русским и шведским отрядами. Эта область названа была ледниковым плато Ломоносова.

Экспедиция на Шпицбергене, получила выдающиеся научные результаты. Она стала по сути комплексной геолого-геофизической экспедицией. С большой точностью измерена дуга меридиана в 4° (между 76,5° и 80,5° с.ш.), причем российскими участниками экспедиции выполнено две трети работ. Градусные измерения на Шпицбергене дали величину сжатия Земли у полюсов 1/29,2 при длине большой полуоси эллипсоида 6378-266 м. Эти величины достаточно близки к параметрам эллипсоида Ф. Н. Красовского,

Многие советские (российские) экспедиции других стран явились непосредственными продолжателями исследований 1899-1901гг. Столетию завершения Шведско-Российской экспедиции по измерения градуса меридиана была посвящена Международная экспедиция, прошедшая в августе 2001 г. в российском поселке Баренцбург.

Семенов Н. М. Всероссийская трамвайная конференция 1922 г.

Возрождение отечественного городского транспорта после почти целого десятилетия разрушительных войн и революций 19140–1920 гг. оказалось возможным благодаря объединению усилий всех заинтересованных специалистов в ходе Всероссийской трамвайной конференции 1922 г. и последовавших затем пяти Трамвайных съездов. Подобный опыт представляется актуальным и для настоящего времени, когда городской транспорт России вновь оказался в далеко не лучшем состоянии после общеизвестных политико-экономических пертурбаций, тогда как спрос на перевозки отнюдь не снижается.

Сохранившиеся источники начала XX в. демонстрируют коренное отличие подходов к организации и развитию предприятий отечественного городского транспорта до и после октябрьской революции 1917 г., иллюстрируя сильные и слабые стороны социалистической экономики в целом, и дают возможность рекоструировать предысторию создания и внедрения первых в отечественной практике стандартных трамвайных вагонов, которые надолго определили затем весь дальнейший ход развития отрасли.

Смирнов Ю. Н. И. В. Курчатов и власть

За последние несколько лет наши знания о советском атомном проекте и о людях, в нем участвовавших, обогатились невероятно.

Теперь появилась возможность рассказать об И.В. Курчатове более подробно. Рассекречены ключевые государственные документы из Президентского и других архивов по созданию отечественной атомной отрасли. Многие из них свидетельствуют о титанической работе Курчатова в этом направлении. Документы рассказывают и об участии Курчатова в полигонных испытаниях нового оружия в качестве председателя государственной комиссии, ответственного за подготовку и проведение этих крупномасштабных экспериментов.

Курчатов работал под контролем и постоянным наблюдением со стороны властей. Его прямым начальником был Берия.  В результатах его деятельности был жизненно заинтересован Сталин. Атомная эпопея стала для Курчатова каждодневным риском и требовала от него предельного напряжения. Не удивительно, что он стал ключевой фигурой для Кремля. Это потребовало особых качеств и какого-то особого дара. Первый научный руководитель Семипалатинского полигона академик М.А. Садовский говорил: «Игорь Васильевич Курчатов – это что-то исключительное, он все-таки явление природы».

И.В. Курчатов выиграл судьбоносную для страны великую битву. Мы продолжаем пользоваться плодами его подвижнического труда. Подвиг Курчатова уникален и многогранен, его влияние простирается в будущее.

Надо учитывать, что этот подвиг был бы невозможен без тесного взаимодействия Курчатова с государственным аппаратом, с властью. Эта тема глубока и поучительна. В статье с привлечением документального материала рассказывается, как зарождалось и развивалось взаимодействие Курчатова с очень непростыми первыми лицами в руководстве страны. Как он добивался прямого вовлечения высшей власти в дела атомного проекта, считая это абсолютно необходимым. Как власть помогала Курчатову и «опекала» его. И, наконец, как, будучи главным и авторитетнейшим физиком-экспертом страны, он в условиях ядерной гонки между США и СССР влиял на эволюцию взглядов политического руководства страны, помогая  осознать опасные реалии атомной эпохи, и выступал за скорейшее запрещение испытаний атомного и водородного оружия.

Гузевич Д. Ю. Школа как форма деятельности

За последние два с лишним тысячелетия понятие школа стало широко использоваться во всех областях деятельности. Несмотря на то, что оно сильно варьирует от одной исследовательской области к другой и границы его применения размыты, понятие «работает» везде, где применяется. Откуда следует, что существует некий инвариантный «скелет» (ядро), а размытость границ обуславливается дополнительными условиями, связанными с областью деятельности, типом школы, эпохой. Причем историческая вариативность феномена оказывается значительно ниже, чем часто представляется. Это доказывает сравнение определения, данного 2200 лет назад Диогеном Лаэртским («Школой мы называем тех, кто придерживается [или делает вид, что придерживается] того или иного истолкования видимых явлений»), со многими современными.

Чтобы разобраться в ситуации, необходимо: 1) понять, почему язык называет «школой» множество на первый взгляд различных явлений, т.е. понять причины полифункциональности термина; 2) вычленить инварианты (атрибутивы), и среди них – системообразующие признаки всего класса объектов; 3) с их помощью выделить два подкласса: школы как учебные заведения и школы как формы деятельности; 4) на основании инвариантов дать общее определение школ, относящихся ко второму подклассу, с проверкой его необходимости и достаточности; 5) предложить общую и внутренне непротиворечивую типологию и систематизацию явлений, для которых используется термин «школа».

Анализ определений и контекстов употребления термина (проанализировано более 900 работ, где используется понятие школа) приводит к выводу, что пять инвариантов (элементарных признаков) можно считать общепризнанными: 1) Школа – это люди, точнее, их совокупность (сообщество); 2) Каждая школа относится к какой-либо области деятельности, и уже в силу этого речь идет о людях, занимающихся этой деятельностью; 3) Вопрос о школе возникает тогда, когда совокупность людей продуцирует нечто, что позволяет выделять ее из множества аналогичных сообществ. Для его обозначения предлагается понятие эпистемологической системы, которое охватывает весь «знаниево-умениевый» комплекс, определяющий человеческую деятельность и отражающийся на продукции, т.е. все мыслимые варианты этого нечто; 4) Школа есть там, где обеспечено наследование этого нечто; 5) Наследование возможно лишь при наличии в рамках рассматриваемого сообщества, как минимум, двух поколений.

Среди инвариантов выделяются два системообразующиx признака. Основной – наследование или вертикальная (от поколения к поколению) передача «знания-умения», определяющий характер всего класса явлений. И признак второго порядка – выработка особой эпистемологической системы, позволяющий разделять весь класс на два подкласса: те школы, которые ее вырабатывают, и те, которые служат лишь механизмами наследования (школы как учебные заведения).

Объединение инвариантов дает следующее определение:

Школа – это возникшее в процессе совместной деятельности и состоящее, как минимум, из двух поколений сообщество людей, выработавшее обладающую рядом особенностей эпистемологическую систему и обеспечившее ее наследование.

Далее была произведена проверка определения на необходимость и достаточность, а затем предложена типология и систематизация всех собранных случаев употребления термина, и кратко описаны выделенные типы школ: школа–мастерская; школы-фракции: «профессионально-образовательная школа», школа-профессиональный коллектив, школа-направление; региональные школы; школы глобального характера: национальные школы, школы наднационального уровня.

 В заключение описываются сюжеты, оставшиеся за рамками статьи: различия в подходах в зависимости от дисциплинарной принадлежности исследователей; существующие понятийные сетки; идеологизированная деятельность, как вопрос, без решения которого многие проблемы школ повисают в воздухе; стиль, как явление, объяснить которое помогает изучение феномена школы.

Общие выводы: 1. Пять выявленных инвариантов понятия школа не зависят от области деятельности, к которой она относится. Поэтому определение, составленное на их основе, подходит к школам, действующим в любых областях деятельности.

2. Предложенное определение обладает признаками необходимости и достаточности: оно охватывает все выявленные типы школ и под него не подпадают явления другого характера. Ситуации двойственного характера, возникающие на уровне транснациональных школ, говорят о том, что это верхний допустимый предел использования понятия.

3. Выявленные системообразующие признаки первого и второго порядков позволяют выделить совокупность явлений, которым язык присвоил имя школа в качестве отдельного класса и внутри него отделить школы как учебные заведения от школ как форм деятельности.

4. Предложенная систематизация, представленная в виде схемы, охватывает все известные типы школ и позволяет учитывать любые классификации (и существующие, и те, которые могут быть предложены в будущем) конкретных видов школ.